Чем грозит Украине налог на выведенный капитал
Фото fitestock

Чем грозит Украине налог на выведенный капитал

Президент предложил отменить налог на прибыль, а вместо него ввести совершенно новый для Украины налог на выведенный капитал. Эту инициативу поддержали представители бизнеса, которые рассчитывают на уменьшение налогового давления. Но эта идиллия может не стать реальной, если в законе сохранят дискриминацию иностранных инвесторов, а накануне выборов не найдут решение проблемы неизбежной «дыры» в бюджете (укр.).

Бизнес ждал и верил обещаниям власти, что налоговая реформа продолжится. Его ожидания пока оправдываются: президент внес в парламент законопроект № 8557 о налоге на выведенный капитал. «Этот закон значительно упростит жизнь бизнесу, как это произошло в Эстонии, где такой закон уже действует. Приятно, что этот законопроект сегодня во время встречи с бизнес-сообществом имел огромную поддержку», – заявил на минувшей неделе Петр Порошенко в ходе встречи с бизнес-ассоциациями, когда он подписал и направил в Раду налоговый законопроект.

Через тернии к звезде

Инициатива заменить налог на прибыль налогом на выведенный капитал обсуждается давно. Еще в октябре 2016 года Национальный совет реформ утвердил дату введения налога на выведенный капитал – с 1 января 2018 года. Эту идею поддерживал ряд бизнес-ассоциаций и экспертов, в частности СУП, УСПП, «Реанимационный пакет реформ», «Украинский институт будущего». Их ключевой аргумент – у предпринимателей останется больше денег для модернизации бизнеса, а это ускорит рост ВВП и, как следствие, увеличит поступление в бюджет других видов налогов.

Блицкрига не получилось: только спустя год, в октябре 2017-го, правительство одобрило проект нового закона, подготовленный Минфином. Но в парламент его так и не передали, поскольку споры вокруг целесообразности замены одного из ключевых налогов стали еще жарче, а среди его критиков оказались международные кредиторы правительства. Весной 2018-го о возможных рисках замены налога заявил ведущий экономист Всемирного банка Фарук Кхан: «Этот налог работает в ряде стран. Но в первые годы его введение грозит налоговыми недопоступлениями, поэтому мы считаем, что его введение на данный момент несвоевременно в Украине».

Раскритиковали документ и в МВФ. Министру финансов Александру Данилюку даже пришлось оправдываться, что Администрация президента направила в МВФ «голый» документ без «компенсационного плана», и там испугались, что в доходах госбюджета возникнет «дыра». В первый год Минфин недосчитается 25 млрд грн, говорил весной Александр Данилюк, а во второй – уже 31 млрд грн. Свои опасения высказывали и представители Европейской Бизнес Ассоциации, а в Американской торговой палате спрогнозировали «существенные проблемы» от нового налога.

Кто заплатит налог

Несмотря на волну критики, Петр Порошенко воскресил инициативу отмены 18-процентного налога на прибыль предприятий. В его законопроекте говорится, что новым налогом по ставке от 5% до 20% будет облагаться лишь вывод прибыли из компании (например, выплата дивидендов). При этом если бизнес все заработанное будет реинвестировать в производство, не будет и налога.

Базовой станет ставка 15% по операциям вывода капитала: выплата части прибыли государственными некорпоратизированными, казенными или коммунальными предприятиями, а также выплата дивидендов в пользу неплательщика налога или возврат ему взноса в капитал.

Это означает, что налог в бюджет гарантированно заплатят только государственные компании, а также иностранные инвесторы, получающие дивиденды от украинских «дочек», и украинские акционеры-физлица. Тогда как в случае выплаты дивидендов украинскому акционеру – юридическому лицу эта компания де-факто не будет платить ни старый налог, ни новый.

Ставка налога при операциях, которые приравнены к выведению капитала, составит 20%. И опять же большинство таких операций связаны с выводом денег из страны, а не с их движением внутри Украины. 20-процентной ставкой будет облагаться выплата процентов нерезидентам и связанным лицам в офшорах; страховые выплаты в пользу зарубежных компаний; любая финансовая помощь связанному лицу или неплательщику налога, которая не подлежит возврату, а также помощь несвязанному лицу, которая не возвращена в течение года. По такой ставке будет платиться налог с переводов на зарубежные счета налогоплательщика, погашения обязательств по договорам, хозяйственных операций по трансфертному ценообразованию, инвестициям из Украины за рубеж, выплаты роялти, а также оплаты покупки товаров, работ, услуг у физлиц-предпринимателей.

Минимальную ставку – всего 5% – надо будет заплатить при погашении долгов связанным лицам-нерезидентам. Речь идет о кредитовании иностранными компаниями своих украинских «дочек».

Отличий законопроекта Порошенко от законопроекта Данилюка, которого недавно уволили, немного. «Законопроект является альтернативой проекту закона о выведенном капитале Минфина, который был представлен в прошлом году, но идейно мало чем отличается от него. Президентский проект предусматривает более детальный перечень операций, который, с точки зрения налога на выведенный капитал, является выведением капитала или эквивалентными операциями», – говорит FinClub старший консультант KPMG в Украине Катерина Гамрецкая. Кроме того, президентский законопроект разрешает банкам продолжить расчет базы налогообложения, исходя из полученного финансового результата, и дальше платить налог на прибыль, а также подавать декларации и выплачивать дивиденды за предыдущие периоды согласно нормам, действующим на данный момент.

От мала до велика

Главные аргументы сторонников налога на выведенный капитал заключаются в том, что новый налог будет стимулировать собственников инвестировать в развитие своего бизнеса, что приведет к созданию новых рабочих мест. «В выигрыше будут практически все компании малого и среднего бизнеса, которые активно развиваются, а также растущие крупные компании, которые готовы инвестировать средства в дочерние структуры, в бизнес своих партнеров или даже в стартапы», – перечисляет старший экономист центра «CASE Украина» Владимир Дубровский.

Некоторые компании годами показывают убытки, «рисуя» отчетность, чтобы не платить налог на прибыль, при этом их акционеры обогащаются, выводя деньги из компании, сетует он. «Налог на выведенный капитал заставит такие компании платить налоги в бюджет», – поясняет эксперт.

Еще один аргумент – снижение давления на бизнес со стороны налоговых органов. «Выведенный капитал – это конкретная сумма, которая проходит через банк, поэтому отпадает необходимость в проверках. Ни для кого не секрет, что сейчас ГФС может «нарисовать» какую-угодно прибыль компании и заставить ее платить налог на прибыль. Оспорить решение можно через суд, но в наших судах не всегда можно отстоять свою позицию, поэтому некоторые компании даже не обращаются в суд», – поясняет Владимир Дубровский.

С введением нового налога отчетность компаний может стать более прозрачной, что улучшит бизнес-климат. «Административное давление на бизнес также может уменьшиться, поскольку не нужно документальное подтверждение каждой операции и обоснование ее расходной части», – считает Катерина Гамрецкая. Исполнительный директор Независимой ассоциации банков Елена Коробкова говорит, что налог на выведенный капитал сделает невыгодными схемы по уходу от налогообложения через страховые компании. «Не будет необходимости в минимизации налогов. Все такие компании, которые этим занимаются, просто уйдут с рынка», – спрогнозировала она.

Новый налог усложнит выведение средств в офшоры. «Украина входит в топ-15 стран по уровню вывода средств в офшоры, но при этом занимает только 50-е позиции по уровню ВВП», – поясняет Владимир Дубровский. Речь не идет о том, что вывод средств в офшоры будет полностью заблокирован, просто такие операции будут облагаться по максимальной ставке – 20%.

«Сырой» проект

В законопроекте есть и «белые» пятна, которые не устранили за год доработки. «Все замечания, которые подавались экспертами и консультантами, не учтены. И это настораживает», – рассказал FinClub собеседник в одной из консалтинговых компаний. Нет в законопроекте и детального описания администрирования налога на выведенный капитал. «Это не позволяет уверенно говорить о выигрышности или невыгодности законопроекта для сторон», – говорит Катерина Гамрецкая.

Более того, объектом обложения станут операции, направленные на выведение средств из оборота. «Такие операции рано или поздно будут у любого бизнеса. Но применение 20-процентной ставки налога к операциям, которые эквивалентны выведению капитала, сложно назвать выигрышем, учитывая, что действующая ставка налога на прибыль предприятий – 18%, а на доходы нерезидентов – 15% с возможностью ее уменьшения на основании положений конвенций об избежании двойного налогообложения», – считает Катерина Гамрецкая. В новой реальности эти договоры перестанут «работать», поскольку налог на выведенный капитал в Украине не будет являться эквивалентом налога на прибыль в зарубежных странах, и иностранцам придется платить налоги дважды. А это остановит приток инвестиций в Украину, говорит другой собеседник.

Возникли вопросы и к налогообложению процентов, которые зарабатывает на украинской компании связанное лицо – нерезидент. «Такие нормы убьют финансирование в рамках бизнес-групп, которое сейчас в условиях отсутствия банковского кредитования делает такое кредитование фактически единственным источником средств для бизнеса. Авторы законопроекта рассчитывают, что такие кредиты будут заходить в Украину в виде инвестиций. Но есть опасение, что в результате у нас не будет ни инвестиций, ни кредитов», – предупреждает консультант.

Несбыточным может оказаться ожидание уменьшения давления налоговиков. «Сейчас, например, если речь идет о трансфертном ценообразовании, то есть четкий перечень документов и их характеристик, которые компания должна подать в ГФС. В поданном проекте закона встречаются нормы, согласно которым налоговые органы на свое усмотрение могут запрашивать у компании документы. То есть получается, мы якобы убираем налоговый контроль и давление, освобождая от одной обязанности, но тут же создаем формальные основания для субъективизма налоговой», – считает собеседник.

Противники закона также жалуются, что он создаст условия для «внутреннего офшора» в виде частных предпринимателей (ФЛП на едином налоге). Правда, Владимир Дубровский считает подобные риски безосновательными. «Многие компании и сейчас работают через ФЛП. Но объем средств, которые можно провести через физлиц-предпринимателей, ограничен, поэтому объем выведенных таким образом средств не сильно увеличится», – считает Владимир Дубровский.

Бюджетные потери

Еще одно «слабое звено» – отсутствие официальных подсчетов потерь госбюджета от смены налога, тогда как оценки экспертов колеблются от 20 млрд грн до 80 млрд грн. В пояснительной записке говорится, что принятие закона не повлияет на поступления в бюджет этого года, а оценку влияния на бюджет 2019 года должен сделать Кабмин при подготовке бюджета следующего года.

Владимир Дубровский считает, что бюджет недополучит порядка 25 млрд грн. «30 млрд грн – это прямые потери от замены налога с учетом компенсаторов в виде прикрытия офшорных схем, а дополнительные 5 млрд грн поступят от НДС», – поясняет эксперт. Изначально в качестве компенсаторов также обсуждалось увеличение поступлений от налога на землю и недвижимость: «Но мы увидели, что в офшоры уходит $10 млрд, и необходимость в компенсаторах отпала».

Но даже 30 млрд грн – это немалая для Украины сумма, особенно накануне выборов. Поэтому вместо сокращения расходов власть может увеличить ставку ЕСВ, подоходного налога или НДС. «Сложно оценить суммы недопоступлений в госбюджет, так как при этом необходимо учитывать большое количество факторов, некоторые из них предусмотреть невозможно. Использование оборотных средств для собственного бизнеса сложно оцифровать (потребность модернизации производства, расширения производственных линий, закупки сырья). Безусловно, этой возможностью воспользуются многие, так как это позволяет уменьшить расходы, связанные с использованием заемных средств банков, но в то же время собственникам бизнеса нужны средства на собственные ежедневные расходы», – поясняет Катерина Гамрецкая.

Кроме того, Украине сложно опираться на успешные примеры крупных стран, ведь закон на выведенный капитал действует лишь в трех – Эстонии, Латвии и Грузии. «Идеологи законопроекта умалчивают, что в Грузии неоднозначное отношение к результатам эксперимента», – говорит один из собеседников FinClub. «Сложно сказать, насколько при разработке законопроекта использовался неудачный опыт внедрения такого налога в Румынии и Македонии, которые отказались от данной системы администрирования налоговых поступлений в государственный бюджет на фоне резкого сокращения тех самых бюджетных поступлений», – подчеркивает Катерина Гамрецкая.

Подписывайтесь на новости FinClub в TelegramViberTwitter и Facebook.