Михаил Демкив: «Банки стали прозрачными: что мы в них увидели»

Михаил Демкив: «Банки стали прозрачными: что мы в них увидели»

В то время как рядовые украинцы следили за принятием в парламенте судебной и пенсионной реформ, банковские специалисты наблюдали мини-революцию в своей сфере. Хотя она была тихой и незаметной для широкой общественности, в банковском секторе произошли ощутимые изменения с длительным эффектом. НБУ обнародовал подробную картину того, что происходило в августе и на 1 сентября в каждом банке. Почему это важно, аналитик банковского сектора группы ICU Михаил Демкив анонсировал ранее в своей колонке. Что же он обнаружил в обнародованных данных? (укр.)


Начнем с резонансной новости о том, что ПриватБанк в августе просрочил все 12 млрд грн рефинансирования от НБУ. До недавнего времени общественности пришлось бы ждать публикации квартального отчета банка, где он мог бы вспомнить о просрочке, или даже годового отчета. Теперь эта новость становится известной сразу и всем.

Вопросы предоставления рефинансирования всегда были достаточно чувствительными прежде всего по причине постоянного дефицита публичной информации. К 2014 году мы знали общую сумму долга банков перед НБУ и видели ежедневные цифры по объему предоставленного рефинансирования, но не его получателей. Также из поля зрения фактически полностью выпадали долгосрочные (стабилизационные) кредиты, возврат которых, на мой взгляд, был наиболее проблематичным. Отдельные банки, при условии, что они проходили аудит у респектабельных аудиторов, отчитывались о долге перед регулятором на конец года. В разгар кризиса 2014-2015 годов Нацбанк начал публикацию списков получателей кредитов сроком более 30 дней. Это снимало много вопросов, но периодические спекуляции продолжали возникать.

Теперь мы можем видеть в балансе банков не только объемы рефинансирования, но и обороты по нему, как и обороты по другим статьям баланса. Остановимся на рефинансировании подробнее в оборотно-сальдовом балансе (ОСБ). Общая сумма основного долга банков перед НБУ, согласно ОСБ, – почти 24 млрд грн. Из этой суммы 11,7 млрд грн приходится на два неплатежеспособных банка (Родовид Банк и банк «Финансовая инициатива»), которые из-за судебных решений не могут отправить на ликвидацию. Поэтому они все еще попадают в статистику. Среди должников только два платежеспособных банка: ПриватБанк и Укргазбанк. Суммарная задолженность составляет 12,303 млрд грн – эту цифру можно проверить в соответствующей статистике по сектору в целом.

Долг перед НБУ это пассивы коммерческого банка. Соответственно, его увеличение – это кредитный оборот, уменьшение – дебетовый. Август оказался не особо щедрым на привлечения – по кредиту мы наблюдаем лишь обороты одного Марфин Банка на мизерную сумму. Зато Идея Банк полностью погасил долг перед НБУ (взят, вероятно, еще в июле, но раскрыть об этом информацию в соответствующем разделе сайта НБУ забыл), а Укргазбанк – несколько его сократил.

Анализ этих данных, к сожалению, невозможен без базового понимания принципов бухгалтерского учета. Внимательный читатель может заметить, что в приведенных выше цифрах по оборотам не упоминаются астрономические обороты по ПриватБанку. Дело в том, что они чисто технические: уменьшается счет «долг банка перед НБУ» и увеличивается «просроченный долг банка перед НБУ». По невниманию их можно принять за выдачи и погашения.

Описанный принцип анализа можно применить для всех остальных статей баланса банков.

Большая детализация позволяет оценить структуру активов: сколько в банке наличных, какую сумму он держит на корреспондентском счете в НБУ, а сколько инвестирует в депозитные сертификаты или ОВГЗ. В конце концов, мы можем увидеть, в какие именно ОВГЗ инвестируют банки – валютные или гривневые.

Информацию о том, насколько хорошим является кредитный портфель банка, можно найти в дополнительном файле. Согласно методологии НБУ, заемщиков разбили на категории качества, с учетом вероятности погашения долга. В последнюю категорию, как правило, попадают те должники, которые уже длительное время не осуществляют никаких погашений.

С накоплением данных в последующие месяцы можно будет видеть динамику депозитов в отдельных банках, оперативно узнавать, откуда и куда средства идут. Сейчас уже известно, кто именно несет деньги в банки. Категория «юридические лица» разделилась на несколько подгрупп: нефинансовые компании, финансовые компании, органы государственной власти, в частности местные общины, которые держат значительные объемы депозитов в банках. В ОСБ видны средства Госказначейства в Ощадбанке, на которые перевели арестованные средства «семьи» – окружения Януковича.

Внебалансовые счета практически полностью выпадали из поля зрения статистики. Максимум, что можно было увидеть, – это неиспользованные лимиты по кредитам, предоставленным клиентам. И это только так называемые безотзывные, на получение которых не требуется дополнительного согласования со стороны банка (например, неиспользованный лимит по кредитной карте). Сейчас эксперты получат больше финансовых данных для анализа.

Активы, полученные в залог, не принадлежат банку, поэтому он не может показывать их в своем балансе. Но аналитический учет осуществляется на соответствующих внебалансовых счетах. Например, объем активов в залоге у ПриватБанка – астрономические 438 млрд грн. Однако недвижимость составляет лишь 11 млрд грн. Может показаться странным, что при валовом кредитном портфеле почти в четверть триллиона гривен у него такой небольшой объем более качественного залога. Но с момента национализации власть постоянно напоминала о почти полном отсутствии залогов в банке. Жаль, что эту информацию не стали публиковать раньше.

Операции с деривативами также не отображаются на балансе, поэтому их нельзя было увидеть в обычной отчетности. К ним относятся и валютные форварды, которые банки обычно заключают со своими клиентами – импортерами и экспортерами.

Также из внебалансовых счетов можно узнать размер гарантий, аккредитивов, авалей, предоставленных банком своим клиентам, и объем активов клиентов в доверительном управлении.

Достаточно экзотическим оказался счет 9760, на котором учитываются суммы, предусмотренные для компенсации вкладчикам Сбербанка СССР в размере 108 млрд грн. Этих средств у банка нет, а эта строка – просто учет обязательств государства, которые оно взяло на себя 21 год назад.

В этом массиве данных можно видеть не только действия отдельных банков, но и тенденции и отдельные «изюминки». Например, в ОСБ есть отдельный счет, на котором учитываются расходы банка на аудиторские услуги. Это дает нам возможность оценить рынок аудиторских услуг, а аудиторам – узнать косвенно о ценах конкурентов. Мы же должны знать, что низкие расходы банка на аудит по сравнению с его размером могут означать формальный подход к подтверждению отчетности банка.

В мировой практике хрестоматийным является кейс компании Gowex – провайдера услуг Wi-Fi в публичных местах. Внимательные аналитики обнаружили, что компания фальсифицировала отчетность, показывая гораздо большие продажи, чем было на самом деле. Менеджмент компании удалось вывести на чистую воду по ряду признаков, первым из которых были неприлично низкие затраты на аудит. За такие деньги ни одна нормальная компания не согласилась бы детально анализировать финансовую отчетность. В Украине были свои скандалы с банковскими аудиторами, которые недобросовестно выполняли свою работу. Как же не хватало нам этой информации в 2014-2015 годах! Корреляция между копеечными затратами на аудит и отправлением банка в ФГВФЛ, я уверен, огромная.

Конечно, данные большинства главных статей баланса и отчета о финансовых результатах, по которым можно судить о состоянии банка, были доступны и ранее, но они обновлялись медленнее, чем будет сейчас – каждый месяц. Поэтому общественность получила действительно мощный инструмент контроля за банками, который хотя и не решит проблемы сектора, но существенно улучшит понимание процессов в нем и его перспектив.

 

Подписывайтесь на финансовые новости FinClub в ViberTwitter и Facebook.